«Ночной сторож и звонок»
В нашем посёлке ночью небо такое, что звёзды видно даже тем, кто всю жизнь ходит с опущенной головой. Но есть один человек, который каждую ночь смотрит не в небо, а в стекло. Это наш ночной сторож на складе старой райбазы — дядя Коля.
Днём он обычный мужик: тихий, в потерянной куртке, с термосом чая и вечной фразой «да кому мы нужны». А вот ночью ему «никто не нужен» — он один на весь огромный, тёмный ангар с железными дверями и длинными рядами коробок. Последний год его главная компания — старый городской телефон с дисковым набором, который так и не сняли со стены.
Номер туда никто не знает. Так нам, по крайней мере, говорили.
В ту смену дядя Коля сидел в сторожке, считал ворон в голове и дослушивал древнюю передачу по радио, где глухой голос рассказывал про какие‑то таинственные сигналы из космоса. Часы перевалили за час ночи, радио стало шипеть сильнее, и тут… в тишине раздалось то, чего он не слышал много лет.
Зазвонил телефон. Тот самый, с диском и тяжёлой трубкой.
Звук был не как у мобильника, не весёлый, а густой, железный, будто кто‑то дёрнул за ржавую цепь. Дядя Коля даже сначала не понял, что это звонок — решил, что опять мыши в коробках. Но звонок повторился — ровно, настойчиво.
Он подошёл к аппарату медленно, как к собакам соседки — не то чтобы боится, но уважает. На табличке под телефоном было старое, выцветшее: «Горсеть. Дежурный». Провода уходили в стену и потолок, а дальше… кто его знает.
— Кто там ещё, — проворчал он и снял трубку.
В ответ в ухо ему сначала ударило шипение, такое же, как у радио, только глубже. Потом появился голос. Не мужской и не женский, ровный, как будто кто‑то читает текст по бумажке:
— Ночной сторож… Не пугайтесь. Это — служба.
— Какая ещё служба, вы чего, ночь на дворе, — дядя Коля замотал шнур телефона на пальце.
— Служба оповещения, — спокойно продолжил голос. — Вы находитесь на объекте, где сегодня ночью ожидается происшествие. Оно ещё не произошло.
Дядя Коля отдёрнул трубку, посмотрел на неё, как на ядовитую змею, и снова прижал к уху:
— Вы… это… с райцентра, да? Начальство опять придумало проверку?
В ответ послышался лёгкий треск, будто по той стороне кто‑то перелистывает страницы.
— Ваша задача, — сказал голос, — не выходить из сторожки до трёх часов ноль ноль. Ни при каких обстоятельствах. Даже если услышите зов по имени. Даже если увидите знакомого человека.
Дядя Коля вдруг вспомнил, что на радио сейчас как раз рассказывали про сигналы из космоса. Радио тихо доживало своё на подоконнике, и ему показалось, что шипение там и тут стало одинаковым.
— Это шутка? — спросил он и попытался засмеяться, но получилось как‑то сухо. — У меня, между прочим, объект, обход по расписанию.
— Если вы выйдете, — голос чуть изменился, как будто стал ближе, — вы увидите. Но это будет уже поздно.
Звонок резко оборвался — как перерубленный провод. В сторожке снова стало тихо, только за стеной потрескивал старый ангар.
Дядя Коля постоял, потом зачем‑то проверил замок на входной двери, обошёл глазами окна. На всякий случай выключил радио — его шипение теперь нервировало. Часы показали 01:17. До трёх ещё долго.
И именно в этот момент по складу, глухо, с эхом, кто‑то очень знакомый позвал:
— Колян… ты чего, спишь там, что ли? Выходи, помоги разгрузить…
Голос был настолько свой, земной, что у него коленки сами по себе сделали шаг к двери. Это так когда‑то звал его напарник, который два года как лежит на кладбище за посёлком.
